Афаг Масуд: “Порой кажется, что Орфографический словарь составляли люди, далекие от азербайджанского языка

Интервью директора Переводческого Центра при Кабинете Министров, писателя Афаг Масуд информационному агентству «АПА».

– Афаг ханум, когда Переводческий Центр только создавался, Вы сказали, что в этой области существует много проблем и недочетов. Насколько удалось устранить их за истекшие два года?

– Как Вам известно, основной целью создания Переводческого Центра является усовершенствование азербайджанского языка и области перевода, то есть обеспечение их правильного использования по отраслям. Нами достигнуты определенные продвижки в этой области. Только по результатам проверок, мониторинга государственных сайтов и официальной переписки были подготовлены около 300 экспертных отзывов, на основе которых выявленные недостатки были устранены, ошибки – откорректированы. Предусматривается проведение подобных мониторингов раз в два года. Однако усовершенствование языка и области перевода в стране на основе постоянных проверок и мониторинга Центра не является решением этой обширной проблемы, то есть Центр не может подчинить свою деятельность и ресурсы постоянному исправлению ошибок. Для решения проблемы, в первую очередь, необходимо усовершенствовать область применения языка, источники обучения языку, создать базу профессиональных переводческих структур и переводчиков. Что касается недостатков в области применения языка и переводческого дела, то они свойственны только официальным сайтам и официальной переписке. Этими ошибками изобилуют учебники по азербайджанскому, русскому и английскому языкам, предназначенные для школ и вузов, настольная книга по азербайджанскому языку – Орфографический словарь, а также другие источники, среди которых СМИ, афиши, рекламы, одним словом, все, что имеет отношение к применению языка и перевода.

– Долгое время Переводческий Центр работает над Орфографическим словарем, слова, исключенные из него, публикуются на страницах газеты «Айдын йол». Что, на Ваш взгляд, привело к такому положению дел?

– В первую очередь хочу отметить, что к началу работ над Орфографическим словарем нас подвигли найденные в ходе мониторинга государственных сайтов ошибки. Было выявлено, что эти ошибки допускаются со ссылкой на Орфографический словарь. Мы поняли, что если не устраним ошибки в самом словаре, определяющем словарный запас в азербайджанском языке и правильное написание слов, все наши усилия окажутся напрасными.  С одной стороны, мы будем исправлять ошибки, с другой – они вновь будут допускаться со ссылкой на Орфографический словарь – первоисточник, который сам по себе содержит достаточное количество ошибок. Вы читаете на страницах газеты «Айдын йол» слова, исключенные из Орфографического словаря, те, кто видел этот список, приходят в ужас, он действительно ужасен. Конечно, можно было сразу исключить из словаря тысячи этих нелепых, искусственно созданных, ошибочно написанных слов, но мы решили вести эту работу обоснованно. В Орфографический словарь были включены свыше 40 тысяч слов, не соответствующих статусу этой книги – слова, смысл которых непонятен, неправильно написанных, неиспользуемых в азербайджанском языке арабских, персидских слов, заимствования из русского языка, наименования тысяч лекарственных препаратов, химических элементов и пр. Встречались совершенно нелепые слова, непонятно каким образом здесь очутившиеся, одним словом, книга изобилует подобными ошибками и нелепостями. Вторым крупным упущением словаря является многовариантность написания одного и того же слова, остается только гадать, как не ошибиться с выбором. Еще одной большой ошибкой словаря является неправильное написание тысяч слов, порой кажется, что этот словарь составляли люди, совершенно несведущие в грамматике азербайджанского языка. И на основе этой книги готовятся учебники, экзаменационные тесты, тексты официальных писем, одним словом, все, где возможно применение азербайджанского языка. Конечно, увеличение словарного запаса – естественный процесс, литература, наука и культура, новые области, новые технологии привносят в наш язык новые слова и термины. Однако этот процесс не должен вестись исключительно ради процесса, недопустимо засорение языка нелепыми словами и заимствованиями.

– Когда будет издан новый Орфографический словарь?

– В течение года Центр работал над этой книгой, в новый словарь будут включены более 700 слов, по непонятным причинам не вошедшие в прежнее издание. Это – исконно азербайджанские слова, взятые со ссылкой на литературу 50-х, 60-х годов и более позднего периода. До включения в новое издание мы намерены представить их на суд специалистов. Что касается издания книги, думаю, тут не стоит торопиться. Процесс фильтрации слов полностью завершен, книга находится на стадии корректуры. Согласно формату издания будут правильно расставлены ударения. Надеюсь, до конца этого года, или к началу следующего мы увидим результаты наших трудов. Это академическое издание, требующее большой ответственности и внимания. Поэтому, давайте не будем торопиться.

– За составление словаря несет ответственность Институт языкознания. Как они объясняют выявленные недочеты?

– Давайте, не будем искать виноватых. Как я отмечала выше, в каждом номере газеты «Айдын йол» публикуются слова, исключенные из прежнего издания, мы обращаемся к языковедам и специалистам в области составления словарей с призывом высказать свое мнение по этому поводу. На протяжении многих месяцев мы акцентируем внимание экспертов на этом вопросе, ведь азербайджанский язык наш общий, все мы причастны к его правильному использованию. К нам поступают многочисленные звонки, письма, обращения, все ждут новое издание и консультируются по поводу того, на что же ссылаться, если прежний вариант изобилует ошибками и неточностями, а нового еще нет.

– Как обстоят дела с использованием языка в средствах массовой информации?

– Пока у нас нет ни времени, ни физических возможностей для отслеживания процесса использования азербайджанского языка в эфире и на радиостанциях. Положение в этой сфере всем прекрасно известно: слова, буквы грубо искажаются ведущими. Взять, к примеру, слово «проект», которое в правильном произношении на азербайджанском языке должно звучать, как «layihə». Ведущие всех телеканалов и даже известные общественные деятели постоянно искажают его, произнося, как “lahiyə”. Или, к примеру,  азербайджанские буквы “c” и “ç” постоянно произносятся на манер русского «ц». Таких примеров, увы, предостаточно.

– Как, на Ваш взгляд, обстоят дела с использованием языка в уличной рекламе?

– Всем известно, что и здесь ситуация отнюдь не радужная. На рекламных табло, афишах и плакатах, в названиях объектов содержатся грубые, недопустимые ошибки. В связи с этим в прошлом году мы обратились к руководству Бакинской Исполнительной Власти, предложив им помощь в устранении этих недочетов, однако ответа на наше предложение так и не последовало. В связи с грубыми ошибками в использовании языка и переводе на этикетках пищевой продукции мы обратились в Государственный Комитет  по Стандартизации, Метрологии и Патентам.

– А как насчет ошибок в учебниках? Ведется ли совместная работа с Министерством Образования?

– Качество учебников находится в центре внимания общественности. Центр представил Министерству Образования несколько проектов составления учебных пособий. Мы предложили организовать преподавание переводческого мастерства в вузах на качественно новом уровне, отвечающем международным нормам и стандартам, а также предложили составить учебник азербайджанского языка для начальных классов в новом формате, создав Постоянный учебный совет, который и определял бы авторский состав пособия. В мире принята подобная практика, во многих цивилизованных странах деятельность в сфере составления учебников определяется наивысшими государственными структурами. Так, например, в Швеции учебную политику проводит Риксдаг - парламент страны. И это неслучайно, ведь будущее государства непосредственно зависит от уровня просвещения граждан, их грамотности. Таким образом, организация и регулирование деятельности в сфере образования высшим государственным органом преследует цель обеспечения светлого, успешного будущего во всех областях.

– Каково положение дел в сфере художественного перевода?

– Художественный перевод – процесс творческий, не приемлющий каких-либо четких формул и подсчетов. Одно произведение могут перевести десять разных авторов, и это будут десять разных произведений. Основным критерием художественного перевода является наличие у переводчика художественного чутья, способности прочувствовать и передать внутренний мир автора, манеру его изложения. К сожалению, и в этой области имеются определенные пустоты. У нас есть профессиональные переводчики, но их отнюдь не много. Я считаю, чем переводить конвейерным методом пять-десять книг в месяц, нанося ущерб языку и художественной индивидуальности автора, лучше затратить месяцы и годы на качественный, совершенный перевод - это принесет больше пользы делу.

– Как обстоят дела с составлением базы данных переводчиков?

– Мы составили базу данных переводчиков, однако, к сожалению, в нее включены и те, кто ради прибыли готовы перевести любой текст за любые деньги, и их, к сожалению, немало. Перу именно этих «горе-переводчиков» принадлежат бездарные переводы, о которых я уже говорила. Центр все еще не получил право на аккредитацию переводчиков. Мы обратились с целым пакетом предложений, ждем ответа. Если будет создана база данных профессиональных переводчиков по каждому языку, государственные органы и другие организации смогут легко определиться, к чьим услугам прибегнуть. Во всем мире практика оказания услуг перевода решается именно таким образом.

– Центр пропагандирует азербайджанскую литературу в мире, издаются антологии, наша страна принимает участие в международных выставках…

– Достойное представление азербайджанской литературы в мире является одной из важнейших задач Центра. Как Вам известно, двухтомник «Антологии современной азербайджанской литературы» был издан на русском языке в Москве, а также в июле этого года – на турецком языке в Анкаре. Затем при содействии высших литературных кругов России и Турции состоялись обширные презентации сборника в этих странах. Антология, в которую вошли стихотворения азербайджанских поэтов, была презентована в прошлом году в крупнейшем книжном магазине Лондона – Вотестоунсе.   Эти книги были направлены в библиотеки, научные и образовательные учреждения вышеназванных стран. Осенью ожидается презентация антологии в Египте. В настоящее время книга переводится на английский, французский, испанский, немецкий и персидский языки. Стоит признаться, что азербайджанская литература мало известна в мире. Единственной книгой, представляющей азербайджанскую литературу в Пражской национальной библиотеке, является «Хамсе» Низами, который, как это ни прискорбно, назван «персидским поэтом». Как мы ни пытались заполучить электронный вариант книги, нам это не удалось, сейчас мы вынуждены вновь переводить ее на чешский язык, а это требует времени. Основной целью наших встреч с зарубежными послами является представление нашей литературы на мировой арене на самом высоком уровне.

– Возглавляемая Вами структура иногда подвергается критике, в основном, людьми, занятыми художественным переводом… 

     Я не осуждаю их. В их памяти Переводческий Центр так и остался сугубо литературной структурой. Думаю, со временем наша миссия, цель и суть деятельности станут очевидны для всех.

– Возможно, причиной подобной критики является то, что некоторые авторы отстранены от сферы художественного перевода. Чьи переводы доставляют Вам наибольшее удовольствие?

– Вилаята Гаджиева, Вилаята Гулиева, Эльчина, покойного Натика Сафарова, Яшара Алиева, Этимада Башкечида, Ильгара Альфи, Садая Будаглы, нашего молодого переводчика, лауреата конкурса «Изумрудная ветвь» Тевеккюля Зейналлы и многих других профессионалов, имена которых сейчас затрудняюсь вспомнить. Наш Центр открыт для качественных, совершенных художественных переводов и профессионалов, занятых в этой творческой сфере. Однако не стоит забывать, что сегодня наша литература нуждается в выходе на мировую арену. Считаю, что основная задача сферы художественного перевода состоит именно в этом.

Джавид Зейналлы - APA